— Кажется, он ничего не говорил об этом, — пожал плечами Юма.

Очень плохо, но я уже знал его имя, и это могло стать ключом к разгадке моей тайны.

Центавриане в другой комнате начали шуметь. Юма, поймав вопросительный взгляд женщины, резко кивнул в сторону места скандала. Она вздохнула и решила закончить нашу беседу:

— Тодер живет по адресу… Юма даст вам его. Извините меня, я должна заняться клиентами.

— Вы Зонд, король геральдической палаты? — спросил я.

— Вас это смущает? Вы бы предложили мне называться королевой? — Она усмехнулась. — «Король» — только геральдический термин, мой друг! Подобно «профессору». Король геральдической палаты есть король, невзирая на пол.

Подобная казуистика была темой многих интересных высказываний Тодера: он считал, что термин не раскрывает сущности вещи. И я отправился продолжать свои поиски.

Новый адрес Тодера смутил меня. Я плохо знал этот район, до которого отсюда было больше мили и который я всегда предпочитал избегать. Здесь жили привилегированные посетители из отдаленных миров, и, следовательно, давление в переходах и туннелях было пять или шесть единиц… Такое попустительство со стороны марсианских властей всегда раздражало меня. Я негодовал, почему они прилагали все усилия для поддержания дыхания людей с других планет, имеющих склонность смотреть на меня как на урода-верзилу.

А у землян наше давление десять единиц вообще не должно вызывать недовольство. Примитивные горные растения на их планете существуют при двенадцати (а некоторые и двадцати пяти) единицах без искусственной поддержки, и целые общины жили на высоте при давлении двенадцать единиц, в том числе и мои предки в Андах.

Я представил себе план города. Время бежало слишком быстро, и имело смысл взять такси: усталость росла, а мне нужна была ясная голова для разговора с Тодером.