Они сидели на толстой ветви старого дуба неподалеку от старого кладбища. И издалека их можно было принять за двух воронов.

– Михаил Иванович, я вас понимаю. Мне тоже хочется чего-то такого, непростого. Я тоже не люблю, когда мне вкладывают в рот и говорят «жуй», будь то еда, развлечения, музыка и тому подобное. Да, летательские права я довольно легко получил, но вот права на хождение сквозь стены – для меня тоже проблема… Короче, есть у меня, вернее, были кореша, нехорошие такие, скользкие. Я могу дать вам их координаты. Вы им только ни в коем случае не сообщайте мой адрес…

– Что за кореша, Петя?

– Эти люди могут все. Даже левые права сделать. Естественно, что они кое-что потребуют взамен и, возможно, немало.

Миша посмотрел на свои ноги, болтающиеся в воздухе. Какой-то жалкий десяток метров отделяет их от земли. Если он сейчас спрыгнет с этой ветки, то просто полетит, обдуваемый легким вечерним ветерком, но если сделает то же самое завтра, уже без Пети, то превратится в мешок костей,

– Давай их координаты.

Миша приоткрыл скипучую дверь старого гаража. И вначале не заметил никого. Несколько позднее взгляд остановился на чьих-то ногах, торчащих из под ветхого кадиллака. В гараже стояла еще одна машина, чуть поновее, но тоже со следами коррозии и сварки. И только мотоцикл «Сузуки» выглядел неплохо, сияя всеми поверхностями.

– Хм, – намекнул Миша на свое присутствие.

Человек непоторопливо выкатился из-под машины.

– А, это ты. – сказал он, вытирая руки тряпкой. Выглядел он как состарившийся рокер. Длинные редкие и седые волосы, некогда грозные татуировки на предплечьях из имплантированного под кожу оптического волокна, грязные кожаные штаны.