– М-да, дела.
– Наверное, полиция захочет поговорить с ними.
– Скорее всего вас закроют на несколько месяцев.
– Черт!
– Возможно, тот мужчина этого и хотел.
– Черт!
Одним глотком женщина допила то, что оставалось от "Кровавой Мэри". Бармен больше не смотрел на нее. Казалось, он смотрит в никуда.
– Может, он хотел разорить вас?
– Разорить?
– Если это та "работа", которую ему поручили...
– Нет.
– А копы его знают. Они назвали его Танакой.
– Копы...
Женщина поставила пустой бокал на стойку. Спокойным голосом заказала еще.
Бармен продолжал смотреть в никуда.
Голуби
День был ясный.
Мужчина в сером костюме не спеша прогуливался под лучами солнца, наконец он достиг каменной скамьи и по-стариковски опустился на нее. Мужчина был немолод, но и не стар.
Немного ослабив узел короткого галстука, он замер на скамье, почти не двигаясь.
Вниз от скамьи уходила лужайка. Она не пустовала – множество народу сидело и лежало на траве, наслаждаясь солнечным теплом. Скамья, на которой сидел мужчина, располагалась на вершине склона. Позади стояло большое здание, окруженное дорожкой из гравия.
Мужчина смотрел на группу деревьев вдалеке; судя по насыщенности зеленого цвета, там была целая роща. Люди, гуляющие под деревьями, казались совсем маленькими.
Прошло десять минут, пока мужчина, сохранявший полную неподвижность, не зашевелился. Он порылся в карманах и достал помятую пачку "Кэмела"; одну сигарету сунул в рот. Несколько раз щелкнув зажигалкой,
закурил. Посмотрел на наручные часы. Покивал головой, как будто соглашаясь в чем-то с самим собой.
Сзади донесся звук шагов по гравию, однако мужчина не оглянулся. Он услышал голоса. "Пять человек, – не оборачиваясь, подумал он, – все – молодые мужчины и женщины". Только когда они отошли на значительное расстояние, мужчина бросил им вдогонку взгляд, чтобы убедиться в правильности своего предположения.