Они выстрелили капсулу с существом в туго натянутую поликарбоновую нить ее паучьего жилища. Паутина крепко держалась на рамке из восьми спиц благодаря центробежной силе, вызванной вращением восьми каплевидных капсул, образующих что-то вроде обода колеса. Когда груз ударился о паутину, она грациозно прогнулась, и восемь массивных металлических капель притянулись ближе к центру по коротким дугам свободного падения. Тусклый солнечный свет блеснул на сети, возвращающейся в прежнее положение. Ее вращение чуть замедлилось из-за потери энергии, затраченной на поглощение инерции. Это была дешевая и эффективная техника приемки грузов, поскольку с моментом вращения гораздо легче справиться, чем со сложным маневрированием.
Трудолюбивые крюконогие роботы быстро сбежали по поликарбоновым волокнам и ухватили капсулу с талисманом своими магнитными щупальцами. Роза-Паучиха сама управляла роботом-бригадиром, видя все его камерами, ощущая все его захватами. Роботы деловито затащили грузовое суденышко в воздушный шлюз и, вытащив его содержимое, отправили обратно на корабль Инвесторов, прицепив к нему ракету-прилипалу. После того, как маленькая ракета вернулась, а корабль Инвесторов ушел, роботы разошлись по своим каплевидным гаражам и заперлись в ожидании, когда паутина снова затрепещет под грузом.
Роза-Паучиха отсоединилась и открыла воздушный шлюз. Талисман влетел в комнату. Рядом с Инвестором-энсином он казался крошечным. Но инвесторы громадны. Ей талисман был по колено и весил, похоже, фунтов двадцать. Музыкально, с присвистом дыша незнакомым воздухом, он облетел комнату рыская и ныряя.
Громко треща крыльями, от стены оттолкнулся и полетел таракан. Талисман шлепнулся на пол с воплем ужаса и лежал там, смешно ощупывая свои тонкие ручки и ножки в поисках повреждений. Он полуприкрыл свои шершавые веки. "Глаза, как у Инвестора-малыша," - подумала вдруг Роза-Паучиха, хотя никогда не видела инвесторских детей, и сомневалась, что кто-либо из людей видел их вообще. Она смутно припомнила что-то, слышанное давным-давно, - что-то о домашних животных и маленьких детях, их больших головах и больших глазах, их мягкости, их зависимости. Она припомнила, какой смешной и нелепой казалась ей мысль, что доверчивость "собаки" или, скажем, "кошки" могла соперничать с чистотой, экономичностью и эффективностью таракана.