— Как малышка?

— Выздоравливает. Простуда почти прошла, остался только насморк. И кушает она уже лучше.

Мы вместе с Джулией прошли в детские спальни. Сперва она зашла к Аманде, наклонилась над колыбелью и нежно поцеловала спящую малышку. Глядя на жену, я подумал, что в материнском отношении к детям есть нечто, чего отцы никак не смогут заменить. У Джулии была какая-то особая связь с детьми, которой у меня никогда не было и не будет. Во всяком случае она была привязана к детям как-то по-другому. Джулия прислушалась к тихому дыханию малышки и сказала:

— Да, ей уже лучше.

Потом мы пошли в спальню к Эрику. Джулия вынула из-под одеяла Футболиста и, посмотрев на меня, нахмурила брови. Я пожал плечами, немного недовольный. Я знал, что перед сном Эрик играл со своим Футболистом, но в это самое время я укладывал спать малышку и не проследил за парнем. Я надеялся, что Джулия отнесется к этому недосмотру с большим пониманием.

Потом Джулия пошла в комнату Николь. Николь сидела за своим ноутбуком, но захлопнула крышку, как только мать открыла дверь.

— Привет, мам.

— Уже поздно.

— Нет, мам…

— Ты вроде бы должна делать уроки.

— Я уже все сделала.

— Тогда почему ты еще не в постели?

— Потому что…

— Я не хочу, чтобы ты целыми ночами болтала со своими друзьями через компьютер.

— Мама… — произнесла Николь с обидой в голосе.

— Ты каждый день видишь их в школе — этого должно быть вполне достаточно.

— Но, мама…

— Не надо смотреть на отца. Мы с тобой прекрасно знаем — он позволяет тебе делать все, что ты захочешь. Сейчас с тобой разговариваю я.

Дочка вздохнула.

— Я знаю, мама.

В последнее время общение между Николь и Джулией все чаще происходило именно так. Мне казалось, что в возрасте Николь это нормально, но все же сейчас я решил вмешаться. Джулия устала на работе, а когда она устает, то становится слишком строгой и старается все проконтролировать лично. Я положил руку жене на плечо и сказал: