- Вот мадемуазель, о которой я говорил, - произносит Ферзен. - Надеюсь, Ваше Величество, она будет нам полезна.

Конечно, при разговоре с королевой он использует другой тон - ласковый! На лице играет улыбка, глаза блестят. Да, Мария-Антуанетта для него личность. Она - живая, а я - нет! Обо мне Ферзен говорит, как о какой-то новой вещице, которая может принести пользу королеве. А мнение самой вещицы его не волнует. Разве у предметов бывает мнение? Однако любопытство помогает мне победить обиду. Что они хотят?

- Мы пригласили вас, чтобы просить о помощи, - произносит королева.

Ее голос звучит приветливо, но в нем отчетливо чувствуются повелительные нотки.

- Вы... просить?.. меня? - удивляюсь я.

- Да, - кивает Мария-Антуанетта. - Вы можете оказать нам неоценимую услугу. Дело в том, что нам нужно бежать.

- Бежать? Зачем? - задаю я глупый вопрос, в этом я мастер. - Против вас нет никаких заговоров!

- Это вам так кажется! - сурово перебивает королева. - Нас может спасти только побег. Мы не свободны! Вспомните, дитя, апрель, когда мы хотели съездить в Сен-Клу. Тогда злая толпа не дала нам даже проехать. Народ нас недолюбливает, а враги всегда готовы воспользоваться этим.

Я могу только кивнуть. Доводы Ее Величества очень убедительны.

- Но Лафайет вас хорошо охраняет, - пытаюсь возразить я.

На лице королевы играет презрительная улыбка.

- Я не испытываю теплых чувств к тюремщикам! - говорит она. - Его поступки приносят нам одни мучения!

Возражать, пожалуй, не стоит.

- Нам нужны порядочные люди, которые имеют политические связи, - продолжает Мария-Антуанетта. - Таких трудно найти. Я предлагаю вам принять участие в организации нашего побега.

Я погружаюсь в раздумье, мне кажется, я вижу какой-то странный сон. Я никак не могу понять, что от меня требуют, и почему выбрали именно меня.

- Вы должны будете добывать необходимые сведения, поясняет королева. - И принимать прямое участие в подготовке нашего побега. Я знаю, вы девушка честная и не предадите нас.