Горькая грязь набилась ему в рот. Небо вертелось над головой… ох, болван, что же ты натворил! Гадкий запах известковой пыли заполнил ноздри, во всем теле отдавалась резкая боль от ударов. Камни молотили Яна по спине, впивались в руки и ноги, врезались в живот, в бока… бух! бух! бух! Наконец Ян приземлился, распластавшись на куче грязи, проросшей побегами ядовитого плюща. Он лежал, оглушенный, посреди листьев и стеблей, бессильно растопырив руки и ноги, словно марионетка с перерезанными ниточками. Тяжело дыша, он прислушивался к тупой боли во всем теле. Судя по всему, кости удалось сохранить в целости. «Ладно, полежи минутку, – сказал он себе. – Отдохни».

Но тут послышался топот и сопение, и Ян, открыв глаза, смутно различил нависшее над ним лохматое существо.

Мокрый язык облизнул его лицо. От существа пахнуло псиной.

Пес?!

– Мрак, это ты?!

В глазах у Яна прояснилось, и он разглядел смоляно-черную шерсть, висячие уши и длинный высунутый язык. Коричневые глаза сочувственно, но не без любопытства уставились на Яна. Да, это был Мрак.

– Какого дьявола ты приперся сюда за мной?! – Пес залаял, завилял хвостом, таким развесистым, что его хватило бы на пару метелок. От него несло тухлым мясом и путом. – У-у-у, чумное чистилище! Я хочу побыть один! Я же говорил тебе, гнусная скотина! Что? Ты волновался? Холера тебя разбери, из-за чего тут волноваться?!

Мрак смущенно тявкнул и, пуская слюни, поставил передние лапы на грубую крестьянскую блузу Яна. Сперва он задушевно склонил голову набок, а затем улегся Яну на грудь с покаянным видом. Правда, в его глазах по-прежнему пылала тревога.

– Волновался, что я могу упасть, да? Ты, паршивый волчий огузок! А тебе не кажется, что ты чуток опоздал?

В словах Яна слышалась искренняя привязанность к четверолапому приятелю; но слова эти вылетали из его рта искаженными до неузнаваемости, похожими на мычание, едва внятными скоплениями гласных и согласных. Бедняга имел врожденный дефект верхнего неба, в просторечии именуемый «волчья пасть». Но пес понимал Яна Фартинга – как понимали его почти все животные.