-- Он забрал приборы и оружие? -- спросила Эвалит.

-- Нет, -- ответил Дженифер. -- Все вещи вашего мужа у меня. Я могу отдать вам их хоть сейчас.

Фиел сказал:

-- Не думаю, что это было проявлением злобы. Скорее, это как-то связано с верованиями Мору.

Дженифер кивнул.

-- Мы не можем судить о нем по нашим меркам.

-- Но по чьим же тогда? -- парировала Эвалит. -- Какой там сверхтранквилизатор! -- Она сама удивилась прозвучавшей в ее словах злости. -- Я с Кракена, поймите это! Я не могу позволить, чтобы ребенок Денли рос, зная, что его отца убили и никто и пальцем не шевельнул, чтобы восстановить справедливость.

-- Но не можем же мы мстить целому племени! -- сказал Дженифер.

-- Я и не собираюсь. Но, капитан, в состав экспедиции входят люди с разных планет. На каждой -- свое общество. Устав гласит: уважать права каждого. Я хочу, чтобы меня освободили от моих обязанностей, пока я не найду убийцу и справедливость не восторжествует.

Дженифер опустил голову.

--Я вынужден позволить вам это, -- уныло сказал он.

Эвалит поднялась.

-- Благодарю вас, джентльмены, -- произнесла она. -- С вашего разрешения я начну сейчас же. -- Она все еще оставалась машиной, пока не кончилось действие лекарства.

В более глухих и прохладных горных районах еще оставались возможности для ведения сельского хозяйства. Поля и сады, с большим трудом обрабатываемые орудиями неолита, кое-как поддерживали деревни и лавный город Локсон. Здешние жители были похожи на лесных, как братья. Слишком мало людей здесь выжило для тог, чтобы дать начало новому человечеству. Но городские жители лучше питались, были крупнее и сильнее. Они носили ярко раскрашенные туники и сандалии. У состоятельных были украшения из золота и серебра. Волосы они стригли, бороды брили. Ходили смело, не боясь засады, как равнинные жители, разговор их был весел. Впрочем, это относилось только к свободным.