— Спасибо, что не гадкий, — пробормотал Рюмин.

Этель, совершив тур по подиуму, вернулась за кулисы. Она подошла к капитану, повернулась спиной и резко бросила:

— Помогите!

— Мы остановились на том, что ключ вам дал… — напомнил Рюмин, развязывая тесемки.

— Миша. Михаил Рудаков, наш хозяин, — со злостью сказала девушка.

— Любовник убитой Лапиной? — уточнил капитан.

— Что, уже сообщили по телевизору? — Этель скинула платье, ловко поддела его на плечики и повесила на вешалку.

Девушка снова осталась обнаженной, и Рюмин отвел глаза. В этой бессовестной и нарочитой наготе была какая-то отталкивающая чрезмерность. Ей не хватало волнения и загадки. Полуплатья выглядели лучше, чем полное их отсутствие.

— У меня есть свои источники, — сказал Рюмин.

— Понятно, — кивнула Этель. — Только эта информация уже устарела. Ингрид ушла от него и собиралась вскоре совсем слинять из агентства.

— Они поссорились? Из-за чего?

— Сколько можно встречаться с женатым мужчиной? — скривилась Этель. — Когда-то надо поставить точку.

Откровенно говоря, Рюмин вообще не видел смысла в том, чтобы встречаться с женатым мужчиной, но говорить об этом не стал — едва ли Этель нуждалась в его консультациях по вопросам семьи и брака.

— У Ингрид заканчивался контракт, — сказала девушка. — Продлевать его она не хотела. А Миша не хотел ее отпускать, вот и бесился. Последнюю неделю они даже не разговаривали.

— Поэтому Рудаков, вместо того, чтобы заехать самому, попросил об этом вас? Я правильно понял?

— Да, — Этель сняла с вешалки другое платье, с павлиньими перьями.

— И настоял на том, чтобы вы взяли ключ?

— Ну конечно. Он сказал, что Ингрид может не захотеть поехать на показ и вообще не открыть дверь.

— Он так был в этом уверен? — спросил капитан. — Что она не откроет дверь?

Этель замерла. Платье выскользнуло из рук, и, если бы Рюмин вовремя его не подхватил, непременно упало бы на пол.