- А когда нас накроет?
- Ты перестал разбираться в погоде? - Вопрос Старцева звучал с не скрытой иронией.
- Нет не перестал. - Взглянув на штурманскую карту Песчанин повернулся к штурвальному и скомандовал, - Право тридцать.
Что ты задумал, Антон?
Трудно догадаться? Мы у Кунашира и там есть одна неприметная бухточка.
Ты сума сошел? Ночью в такую погоду?
Здесь нам один хрен кранты. Выхода нет Андрей, играй побудку.
Есть командир.
Молодые парни которым выпала честь служить на сторожевом катере?247 тихоокеанской пограничной бригады сторожевых катеров с матами посыпались с матросских шконок. Но как ни не довольны были матросы не урочной побудкой отлынивать никто и не пытался. Быстро одевшись матросы поспешили занять свои места согласно боевого расписания, прилаживая на ходу спасательные жилеты. Морская жизнь быстро заставляет взрослеть и сплачиваться в команду. Иначе нельзя. В море каждый вручает свою жизнь в руки другого и сам держит в своих чью-то.
Погода менялась стремительно и при сильном волнении маленький сторожевик в полном мраке, перекатываясь с одной волны на другую, нащупывая берег радаром двигался полагаясь только на счисления штурмана. Вскоре определились три ориентира. Песчанин с удовольствием заметил, что катер вышел точно к намеченной цели.
Теперь начиналось самое трудное. Впереди был узкий, извилистый фарватер в защищенную со всех сторон маленькую бухту.
Оттеснив в сторону штурвального, Песчанин занял его место и обернувшись к бледному как полотно штурману озорно ему подмигнул.
Валера, потом бояться будем. Командуй и не боись я все исполню как надо. - Машина малый вперед. Понеслась душа в рай.
Типун тебе на язык, - не сдержался Старцев, однако это было все, что он сказал. Дальше он только молча наблюдал за действиями штурмана и командира, боясь чем либо отвлечь их. Катер не милосердно раскачивало на крутой волне. В такой ситуации удерживать судно на заданном курсе в условиях узкого прохода практически не возможно. Мысленно Старцев проклинал Песчанина на чем свет стоит, но продолжал хранить молчание.