Панин уже у штурвала, кивок рулевому, на время отстраненному и сейчас держащему в руках телефонную трубку. Бледные губы нехотя размыкаются и хриплый голос выдает, едва ли не на истерической ноте.

— Машина, самый полный!

Опять закипает вода за кормой и "ноль-третий" начинает движение. Сначала движется параллельно обреченному кораблю, потом понемногу набирая ход, начинает отворачивать в сторону. На японце пока еще вяло разгорается пролитый на него мазут. Русские еще не отошли от японца достаточно далеко, а пламя все набирая силу сначала охватывает центр, а потом начинает буквально реветь. Не прошло и полминуты, а корабль уже весь объят пламенем. Пулеметы продолжают садить короткими очередями, есть желание спастись, в распоряжении команды левый борт частично скрытый надстройками и трубами, но вот заниматься тушением пожара, вам пока рано.

Они успели отойти от противника на расстояние чуть больше кабельтова, когда в носовой части "Оборо" выметнулся огонь и обломки корпуса. Не иначе раздосадованная старуха, поспособствовала, чтобы огонь добрался до запасной торпеды, и ее боевая часть детонировала. А может это рванули трехдюймовые снаряды. А чего вы от нее хотели. Она сбила его с курса, вывела точно на транспорт и практически безоружный русский сторожевик, чтобы даже в такой малости история не претерпела изменений, а его команда не смогла придумать ничего лучше, как позволить не просто вырваться транспорту, но еще и позволить над собой покуражиться. Стоит ли удивляться, что старуха осерчала.

"Оборо" все еще был объят пламенем, когда его корма задралась вверх, обнажая винты и миноносец словно нырнул в бездну. Только значительно позже стало известно, что никто из экипажа эсминца так и не был обнаружен. Ну да не они начали первыми, а в том что отдачей зашибло, ни Звонарев, ни его спутники не виноваты.