Надвинув на глаза защитные очки, Цендри взглянула вниз и увидела изумрудного цвета море и маленькие зеленые и серые островки. Цендри посмотрела на берег, с высоты он казался коричневым, но Цендри понимала, что на самом деле это золотистый песок пляжа. Кое-где на берегу росли деревья и кустарники. Цендри увидела плывущие в море и стоящие в гавани корабли и лодки. Отсюда, из шаттла, они казались игрушечными. Цендри посмотрела дальше, в глубь материка, и увидела гладкие, словно отполированные горы и полоски обрабатываемой земли черного и пурпурного цвета.

Шаттл продолжал лететь вдоль побережья, и, взглянув вниз, Цендри вдруг увидела величественные остроконечные шпили. Вначале Цендри показалось, что они расположены хаотично, но, приглядевшись, она уловила некоторую симметрию, даже гармонию внешне беспорядочно разбросанных громадных вершин.

— Вон те башни, — осторожно спросила Цендри, — это и есть город Ариадна?

— Нет, что вы, — замахала рукой пилот. — Как может разумная женщина жить на такой высоте! Вы представляете, что здесь будет, если земля затрясется? — Она помолчала. — Нет, ученая дама, под нами лежит территория, которая называется «Нам-указали-путь». Во всяком случае, так ее называла моя бабушка, а сейчас так же зовут старейшины. Предание гласит, что прилетевшие сюда на корабле наши прародительницы услышали идущие отсюда сигналы и сели здесь, в этих древних Руинах.

Прижавшись к стене, Дал старался заглянуть в иллюминатор, чтобы увидеть Развалины. Цендри понимала, что он сейчас чувствует, ведь это она, Цендри, а не Дал, видела сейчас таинственные загадочные останки древней культуры, ради которых он и прилетел сюда. Прилетел, чтобы, словно дополнительный и не совсем желательный багаж, торчать на откидном сиденье укутанным одеялами. Как Цендри жалела его! У нее щемило сердце, но они сами выбрали свой путь, эту страшную игру, и ее нужно было доиграть до конца.

Пилот презрительно кивнула в сторону Дала.