— Только в этом мало спасения, — присовокупила к этому Лаптева. — Они похлеще ребят будут, еще те штучки. Уж можете нам поверить.

— Серьезно? — Максимов радостно забегал глазками по девичьим лицам. — Ну и кто тут самый боевой?

— Ковылина Елена. Атаманша еще та. Посещает спортклубы, увлекается спортом, при необходимости может и в глаз дать. Не боится никого и ничего, знает, что, если что, родители все замнут. Они у нее в администрации города не последние должности занимают.

— Это которая?

— Вон та, с короткими волосами и яркими заколками.

— А, нашел, — обрадовался Андрей, внимательнее присматриваясь к девице, с которой начал заигрывать Осов. Черты ее лица немного напоминали Лайму Вайкуле, вела девица себя жеманно, держалась самоуверенно. Будь она взрослой женщиной, Андрей попытался бы ее избегать — он не любил нагловатых особ, а эта барышня, судя по всему, была как раз из этой серии.

— Нет, ну чем я тебе не нравлюсь? — разбитно спрашивал Игорь.

— Мелковат, — почти по слогам ответила та, медленно шевеля губами. — Вот когда стукнет лет двадцать…

— А больно стукнет?

— Да тебя, похоже, уже стукнуло, даже два раза, — захихикала подружка Ковылиной, девица с немного грубоватыми чертами лица. А еще одна барышня тут же подхватила:

— А до того, как стукнуло, еще пару раз уронили со второго этажа.

Максимов повернулся к учительнице, но спросить не успел, так как она опередила его:

— Та, что сидит рядом, Ершова Ирина, а вторая — Шерстенко Марина. Подружки-неразлучницы, удивительно даже, как это они теперь сели порознь.

— А где тут сын Косицина? — не сумел сдержать любопытства Величко. — Неужто вон тот, оставшийся. — Он махнул рукой в сторону юркого белобрысого паренька, расхаживающего по проходу и сующего всем в руки какие-то фантики.

— И вас приглашаю, и вас.