Макс и Алекс вопросительно переглянулись, начав понемногу понимать, что сейчас их, скорее всего, попросят о чем-то таком, что им лично совершенно не нужно, но зато необходимо господину Косицину для дальнейшего подъема по карьерной лестнице. Хотя, собственно, куда еще выше, он ведь уже и так начальник городской службы спасения.

Не спеша мужчины опустились в мягкие кресла.

— Ну так как насчет кофе? — Косицин многозначительно потер руки.

— Мы бы хотели перейти сразу к делу, — заметил в ответ Величко.

— Ну, Алекс, ты, как всегда, торопишь события. Дела никуда не денутся, они всегда есть и будут. А мы с вами так редко встречаемся, несмотря на то что работаем в одной, так сказать, команде. Нужно уже, наконец, иногда позволять себе расслабиться и просто поболтать по душам.

— С вами?.. — Максимов не скрывал своего удивления.

— А что? Разве я не человек или вам неприятно со мной общаться?

— Да нет, нет, что вы. — Андрей активно замахал руками, не желая, чтобы его обвинили во всех смертных грехах. Он давно и хорошо знал, что язык его — враг его, но поделать с этим ничего не мог. — Мы, вообще, не прочь побазарить. Целый день только этим и занимаемся, и вообще… — Он не нашел, что еще сказать, и просто замолчал, тупо уставившись на собственные руки, наконец-то переставшие жестикулировать и успокоившиеся на коленях.

— Михаил Илларионович, — продолжил вместо Максимова Величко, — я, конечно, ничего не имею против того, чтобы поговорить, но ведь вы позвали нас сюда совсем не для этого. Как я понял, у вас к нам есть какое-то предложение, и мы бы хотели сначала услышать его, а затем, наверное, можно будет и кофе попить.

— Что ж. — Косицин глубоко вздохнул. — Может, ты и прав. Сначала лучше поговорить о деле.

Неловко поерзав на стуле, Михаил Илларионович сцепил руки в замок и, не глядя на своих подчиненных, затянул длинное «ну-у», явно не зная с чего начать. Величко и Максимов замерли, обратившись в одно большое ухо.