— Симуляция, мистер Водитель, — произнес он наконец. — Комплексная. Все системы.

— Принято, комплексная симуляция, лейтенант, — повторил Водитель. — Правый пост управления в режиме симуляции. — Изображения на дисплеях перед Бримом мигнули и сменились другими. — Специфические условия? Дополнительные вводные?

— Позже, мистер Водитель, — ответил Брим, вчитываясь в показатели готовности к старту, сменявшие друг друга у него перед глазами. — Начнем с чего-нибудь попроще. Ну, например, ваш прошлый старт с Гиммаса. Информация о нем сохранена в памяти?

— Минуточку, сэр, — отозвался Водитель. Экраны гиперполя помутнели, мигнули, потом на них появилось изображение пейзажа в пасмурный день — судя по всему, старт проходил в море, в миле или около того от комплекса. — Нашел, — сообщил Водитель.

Брим окинул взглядом иллюзорный пейзаж, еще раз сверил показания на дисплее и осторожно опустил руки на пульт управления.

— Мистер Водитель, — произнес он. — Мы повторим этот старт с самого начала.

Все это утро и значительную часть дня Брим опробовал системы управления «Свирепого», отрабатывая взлет в благоприятных и неблагоприятных условиях. Как и большинство современных кораблей, эсминец использовал для перемещений в досветовом режиме антигравитационные генераторы, включая свои кристаллы Шелдона (создававшие тягу и одновременно преодолевавшие эффекты релятивистской физики) только при полете в сверхсветовом режиме.

Спроектированные специально для осуществления блокады и огневой поддержки десантных операций, звездолеты Т-класса оснащались двумя мощными гравигенераторами CR-258x, расположенными в центральной части корпуса. Эти двигатели сообщали кораблю способность разгоняться и маневренность при движении внутри планетных систем, где сверхсветовые перемещения лишены смысла: потенциальные мишени сами либо разгоняются практически с нуля, либо тормозят. Третий, стандартный генератор размещался под мостиком; он использовался для создания дополнительной тяги при боевом маневрировании или при постановке на якорь.