– Ну мам, а Пете родители купили, говорит вкусно ужасно.

– Жулье чертово! Налепили на банку голую девку и продают втридорога. Ты посмотри, сколько эта твоя баночка стоит, это же грабеж среди бела дня.

– Ничего не нарядили, мам. Это настоящая русалка, ее по телевизору показывали.

– Это где же такую срамоту показывали?

– В новостях, по первой программе. Петя видел, и Толя тоже. У нас в школе все видели, даже учительница рассказывала.

– Знаешь что, сынок, я пока что не миллионерша. Зарплата у меня сам знаешь какая, а тут все дорожает. Вот будешь с отцом встречаться, его и проси.

– Ну мамуля, ну милая, ну хорошая! Я уроки буду хорошо делать, ну один-единственный раз, все говорят, что вкусно. Ну пожалуйста!

– Больше с тобой в магазин не пойду, – проворчала Алевтина Петровна и недоверчиво покосилась на девицу с хвостом. – А что, и вправду настоящая?

– Честное слово. На природоведении рассказывали, что ее ученые поймали и исследуют. Купишь?

– Черт с тобой. Но о Сникерсах до следующей зарплаты забудь.

– Мамочка, спасибо, любимая, хорошенькая моя. Уй… – Ученик шестого класса прижал консервную банку к губам и нежно ее поцеловал. – Волшебный, сказочный вкус, – произнес он медовыми интонациями рекламного ролика.

4.

Стручок просмотрел месячный отчет и довольно захлопнул папку. Доходы за последние три месяца возросли в пять раз. В фирму зачастили корреспонденты и телевизионщики, художники и музыканты. Выпускались один за другим рекламные ролики и клипы, добивались интервью зарубежные компании. Звонили даже из администрации президента и приглашали на встречу в Кремле.

– Эх, милая, – подмигнул Вася русалке. – Ты моя фортуна.

– Вася, – застонала красотка. – Пожалей меня, Вася.