А за ним староста и еще несколько плечистых лесорубов.

— А где? — Уставился на пустое кресло младший и вдруг заметил на кровати меня. — ВИЯ-аааа!

— РРРР! — Злобно оскалила я зубы на рванувшегося ко мне парнишку. — Не подходи, предатель!

— Вия… это же я… Талм… — Растерянно остановился он. — Ты что… меня не узнала?!

— Прекрасно узнала, предатель! Втерся в доверие, лгун, а как только я в человека превратилась, сразу с веревками набросился! Не подходи! А то я за себя не отвечаю!

— Нет… этого не может быть… — На его глазах снова висят слезы, но меня этим больше не проведешь!

Не там лохушку искать вздумали, господа лесоводы!

— Может… — Виновато бормочет Атаний. — Я сам видел, как она снова в метаморфа превратилась!

— Вия… — В зеленых глазках плещется виноватое раскаянье. — Но мы же не знали!

— Опять врешь! — Злобно рычу я. — Как это не знали, когда я сама вам сказала, что это я!

— Мы не поверили… — На низко опущенное лицо волной свешиваются зеленоватые волосы.

— Потому что сами привыкли врать! Вот и другим не верите! — Отрезала я. — К вам со всем добром, гномку эту выдала… твоих друзей развлекала… а ты на меня с веревками! А если бы я перекинуться не успела, что вы со мной делать собирались? Ну, рассказывайте!

Атаний огорченно пыхтит, у Талма слезы уже ручьем, но я все дожимаю… Пусть пораскаиваются, им полезно!

Они же не представляют, как я перепугалась на самом деле! Сразу историю своего мира вспомнила, когда даже не по подозренью, а по простому наговору, по доносу завистливой соседки или похотливого гаденыша женщины шли на страшные муки и на костер!

— Вия… — Решил, наконец, вступится староста. — Ты прости их… ничего плохого мы бы не сделали… мы всегда проверяем, если кто подозрительный попадется… а ты правда, можешь… вот так… когда захочешь… в человека превращаться?