То, что Наталья никак не может справиться с мыслью, что Лида выросла, это ее проблемы. Наталье их и решать. Она не забыла пожатие маленьких ручонок, шепоты на ушко, шутки, которые были известны только им двоим, долгие разговоры «между нами девочками». Время всех этих милых мелочей прошло безвозвратно, пора привыкать к одиночеству. Лидия превратилась в семнадцатилетнюю девушку – копию своего отца. Она точно знает, чего хочет от жизни.

Иногда Наталья смотрела на свою дочь и видела в ней машину, которая запрограммирована только на исполнение собственных желаний. Она упустила момент, когда отцовская наследственность стала брать в Лидии верх. С другой стороны, с этим все равно ничего нельзя поделать. Гены – это власть.

Проблема Натальи в том, что она не в силах справиться с переменами. Переезд на новую квартиру произошел четыре недели назад, а она никак не могла придти в себя. Кризис отразился на всем. Наталья задумала пьесу давно, но приступила к работе уже на новом месте и в какой-то миг почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног.

Сегодня ей приснился темный сумеречный лес, она услышала шум ветра в сосновых кронах над головой и проснулась с чувством, что сердце вот-вот разорвется.

Это плохие новости. Такие сны, Наталья знала по опыту, не предвещали ничего хорошего.

– Так, когда ты туда едешь? В родовое гнездо?

Виктор крутанулся на стуле, оглядывая пустой офис.

– Через два дня. А потом возьму отпуск, чтобы проконтролировать процесс.

– То есть, не сразу?

– Нет. Уйма работы, сам представляешь. Я там был только один раз. Это кошмар. Это не дом, а труп. На реанимацию нужны большие средства.

– Справишься?

– Шурик, обижаешь. – Виктор расслабил узел галстука. Его начинал бесить скептицизм некоторых коллег и приятелей. И зачем он растрезвонил всем о своей идее так рано? В таком предприятии, где было много неясностей, лучше до поры держать язык за зубами.