А то ли еще будет! Целая банда писак трудится над романами, и тебе, кстати, тоже надо принять участие. Будут сериалы, будут компьютерные игры. Все это стоит денег, больших денег — поднять такую, казалось бы, дохлую тему… Но — проект, по моим выкладкам, уже через несколько месяцев начнет себя окупать! Цепная реакция — вложи достаточно денег в рекламу, и люди сами начнут покупать твои акции. Понимаешь? Наши акции постоянно растут! И эмитируем их тоже мы. Вот недавно в павильонах «Коламбии» большой пожар случился, люди погибли. Ты слышал? Вот, а ведь парни собирались снять первый фильм о русской мафии, даже прямо так и хотели его назвать: «Русская мафия». Но мы… — Бечик оглянулся и подмигнул Томпсону. — Мы не могли этого допустить. Там и сценарий несколько противоречивый, и вообще… Первый фильм должен быть другим, и он снимается. А портить себе маркетинг мы никому не позволим, верно?

— Мы?.. — Рэй вспомнил, как сидел на шоссе без штанов, привязанный к бамперу собственной машины. — Вы, Аллен, вы.

— Ты — наше самое дорогое сокровище! Ты — наш. Просто никто не должен об этом знать. Кстати, этот парень, охранник… Он из русских.

— И что?

— Его придется уволить. Возьми нормального черного американца, а лучше двух. Ведь то, что ты с нами, — это очень большой секрет… Формально ты — враг русской мафии номер один.

Томпсон поморщился.

— Выступал директор ФБР. Сказал, что вся эта истерия не стоит выеденного яйца, обозвал меня горе-писакой.

— Да кто его слушает?.. Я уже сегодня разместил пару материалов в журналах на предмет «Почему ФБР боится русских?». — Бечик развалился в кресле, с наслаждением раскурил сигару, — Все в порядке! Впереди, как всегда, Нью-Йорк. Обкуренный молодняк из гетто так и лезет в русскую мафию, берут только лучших.

— Что, серьезно? — поперхнулся Рэй.

— Вполне. Очередь стоит. Мы принимаем в русских ресторанах — это тоже традиция русских. И они идут, еще как идут! Ты сам подумай: при таком давлении СМИ достаточно только выругаться по-русски, и тебе уже отдают кошелек. А понимать эти слова скоро будут все, когда они зазвучат с экранов. Мы породили психоз! Ладно бы кошелек, речь-то о других суммах. Мы много для них сделали, Рэй! Потому что имидж — все. А сделаем еще больше. Za zdorov'e!