— Да нет, симпатичная.

— Ну и отлично. Не паникуй, все идет по плану. Za zdorov'e!

6

«Русская мафия наносит ответный удар!»

Рэй со стоном отшвырнул газету. Доигрался… Ныла грудь, наверное, пора принимать обезболивающее. Он нажал кнопку, чтобы поинтересоваться мнением сестры на этот счет, но вместо нее в палате появился Бечик. Наброшенный на могучие плечи коротенький белый халат едва доставал до колен.

— Ну как ты, Рэй?

— Отлично. Кто в меня стрелял?

— Какой-то отморозок. Его изрешетили, не волнуйся.

— Я не волнуюсь. Мне не нравится, что только обо мне все и говорят. Во всем мире, как я понимаю. Прекрасный пиар, Бечик, просто замечательный. Особенно для вас…

— Ну что ты такое говоришь? — Аллен подвинул стул и нагнулся над Томпсоном. — Ты нам нужен! Вот немного оклемаешься, и подгоним тебе еще информации. Там про альковные нравы дикого народа, про судьбы выкрестов, про кровь Гагарина — это очень интересно, и картинки есть.

— Чушь! Бечик, если он хотел меня убить, то почему не воспользовался калибром посерьезнее? Только из такой пукалки и можно прострелить грудь, не убив.

Аллен зашуршал пакетом, достал апельсины и кефир.

— Это еще что?

— Это… Ну, пусть журналисты увидят на тумбочке. Русские всегда приносят своим в больницу апельсины и кефир, ты же помнишь.

— Какие журналисты?!

— Сейчас придут. Тебе не надо делать никаких заявлений, они сами все спросят, это их профессия. Просто отвечай, особо не напрягаясь. Но пообщаться нужно. Вот… А про апельсины скажи, что, мол, моему секретарю неизвестный передал для меня. Сами трактуйте это как хотите, я никого не обвиняю, и так далее. Дай им еще один повод призадуматься.

— Бред…

Бечик встал, прошелся по боксу, выглянул в окно.