В целом все это напоминает гротескный наконечник копья с куском древка. Жаль, что наши фотокамеры тоже остались у бандитов… Грани пирамиды покрыты какими-то рельефными значками, непохожими ни на одну известную нам систему символов. Некоторые напоминают символы с Фестского диска, который нашли на Крите и не могут расшифровать уже больше ста лет — но, возможно, это чисто случайное сходство. Может быть, это просто орнамент. Хотя обычно орнаменты все же имеют более регулярный характер.

— А в табличках что-нибудь об этом сказано?

— Как я уже говорил, мы не успели прочитать их до конца. Но там несколько раз фигурируют выражения «тот, что открывает» и «те, что говорят». Квинсли предположил, что первое относится к черной пирамиде, а второе — к фигуркам. Возможно, пирамида — это какой-то ключ, и знаки на ее поверхности играют ту же роль, что и бородки на наших металлических ключах.

— А фигурки?

— Не знаю, — пожал плечами Джонс. — В мифологической традиции, конечно, говорить может не только человек, но и ягуар — один из центральных, кстати, образов в майянской культуре, и даже улитка. Но с бесформенным куском горного хрусталя такой эпитет плохо сочетается. Можно предположить, что на самом деле «говорящими» названы только три статуэтки, а четвертый предмет — нечто совершенно отдельное. Для чего они нужны, опять-таки трудно понять. Видимо, как-то связаны с тем самым абсолютным оружием.

— Но они — это не оно само?

— Нет, конечно же, — широко улыбнулся археолог. — Вряд ли даже жрецы майя верили, что простые статуэтки из довольно ценных, но все же не раз применявшихся в майянской культуре материалов могут обладать смертоносной силой адских демонов. Я держал их в руках и могу засвидетельствовать — они мало чем отличаются от других подобных изделий. Надеюсь, когда мы доберемся до святилища, картина станет яснее.