Надежда археолога не оправдалась. Миновал полдень, час, два, а отряд все шагал сквозь сочную зелень джунглей, не встречая на своем пути ничего примечательного. К счастью, заросли в этом районе были хоть и пышными, но вполне проходимыми; периодически приходилось отводить рукой ветку, но не прорубаться сквозь сплошное переплетение ветвей, лиан и колючек, протянувшееся на километры. Однако спутниковая съемка показывала, что подобные препятствия на пути отнюдь не исключены.

Солнце жарило вовсю, словно стараясь искупить вину за ночной холод. Температура поднялась уже до двадцати восьми по Цельсию. Комбинезоны спецназовцев имели систему электрообогрева, позволявшую, при полностью опущенном забрале шлема, чувствовать себя комфортно в семидесятиградусный мороз (разумеется, до тех пор, пока не сядут аккумуляторы) — но вот с защитой от жары дело обстояло хуже. Белье, созданное в лабораториях ВВС США с применением нанотехнологий, благополучно разлагало пот, отдавало воду внешним поглотителям и убивало бактерии, что, конечно, позволяло членам группы чувствовать себя куда комфортнее, чем бойцам менее цивилизованных эпох и стран (включая, очевидно, и «красных партизан») — но все же влажное пекло джунглей не добавляло удовольствия людям, шагающим в полной выкладке. Вскоре после полудня висевшее над лесом марево загустело, собираясь в облака, скрывшие солнце и погасившие тени, но ощущение парилки от этого, казалось, только усилилось…

— Пума — Пума-3, — раздалось, наконец, в шлемах; это докладывал Джексон из левого флангового дозора. — Наблюдаю, предположительно, ориентир и следы противника. По приборам вокруг чисто, прошу разрешения выйти на открытое место. Пума-4 прикрывает.

Джонс снова посмотрел на часы: 14:48. Да и ни о какой игре света и тени при таком небе говорить уже не приходится. С другой стороны, сразу и ориентир, и следы — это удача. Возможно, Квинсли нашел способ указать им дальнейший путь и без всяких древних фокусов.