— Пума — Пума-1, вижу впереди троих бандитов. Они залегли и стреляют в северо-восточном направлении. Садят длинными, похоже, больше наудачу, чем в цель. Видимо, патронов у них пока достаточно. Их противника по-прежнему не наблюдаю.

— Пума-лидер — Пума-1, продолжать наблюдение, огня не открывать.

На индикаторах шлемов, помимо зеленых отметок других членов отряда, появились три красные — Биденмайер, по очереди наводя прицел на бандитов, зафиксировал их координаты и передал общей компьютерной системе.

Глебски и О'Лири тем временем пробирались вперед на правом фланге. Судя по сообщению Биденмайера, они сейчас находились даже ближе к неведомым врагам «красных партизан», чем сами террористы — во всяком случае, на этом направлении — и потому удвоили осторожность. И все же силуэт, спрятавшийся за деревом в высокой траве и едва различимый даже в инфракрасном диапазоне, О'Лири заметил слишком поздно.

— Пятый, справа! — крикнул он, и Глебски с оружием в руках начал разворачиваться к источнику опасности — успев повернуться ровно настолько, чтобы стрела, прилетевшая из мрака, ударила его точно в сердце.

Палец Глебски надавил на спуск, отправляя в полет одну за другой восемь пуль, но все они ушли выше цели. Грохота очереди не было — готовясь к бою с превосходящим противником, где главная ставка делается на скрытность и внезапность, спецназовцы установили на свои М16 глушители, так что, если бы не продолжающаяся пальба на западе, тишину нарушили бы лишь быстрые негромкие хлопки, лязганье ходящей туда-сюда затворной рамы и шорох срезанных пулями кустов. Солдат упал в траву, а его противник уже скользил ужом прочь от раскрытого убежища, надеясь занять новую позицию. О'Лири выстрелил тремя пулями. Тело лучника трижды дернулось и застыло.