Отец пробормотал что-то вроде извинения. А у меня вытянулась физиономия.

Неслыханное дело! Такая орава людей – испытанных, ко всему привычных. Хорошо вооружённых. Чего им бояться?

Да они сами в клочья порвут любых заезжих!

– А где Белик? – спросил отец.

– Нет его, – вздохнул Фома, тощий сердитый мужик, напарник Петровича.

– Как нет?

– Грохнули раба божьего… Хорошо, хоть нас предупредить успел.

Белика? Одного из самых крутых трикстеров – того, кто смог уцелеть даже в Первую ходку?!

– Валим… – негромко скомандовал Петрович.

И несколько бригад ловкачей, растянувшись в цепочку по двое, двинулись на восток – вдоль обычно малолюдного ответвления Тропы.

Дымка сгущалась. Внутри так часто бывает – намного чаще, чем в Колядинске… Лишь минуту назад светило яркое солнце, а теперь мгла уже окутывает очертания ближайших домов.

Сумерки – подходящее название. Здесь, внутри, они караулят тебя за каждым поворотом…

И значит, надо чутко вслушиваться, всматриваться в обманчивые силуэты. Что там – куст сирени или живоглот уже распахнул похожую на чемодан пасть?

Мне не страшно.

Со мной люди, которые десятки раз проходили Тропой. И десятки раз приносили домой товар.

Ни одна сволочь не смеет разрушать этот установленный порядок вещей. Особенно теперь, когда нам с отцом впервые улыбнулась удача!

Тут она – в моей сумке… Мне кажется, я даже чувствую её тепло через толстый хлопок.

С трудом переборол желание ещё раз увидеть ведьмины глазки. С нежностью погладил висевшую через плечо сумку. И смущённо оглянулся – нет, никто не заметил моего детского жеста…

Ловкачам было не до того.

Шли молча. Разумеется, никто не собирался мне что-то объяснять. Хотя я не маленький – сам понимаю. Раз те отморозки сунулись в сердце Зоны – они не просто пришли грабить.