Подполковник ФСБ Максим Викторович Первенцев был в числе тех заключённых, которым пришлось обживать этот новый лагерь особого режима, построенный по последнему слову науки тюремщиков. В лагерь, спрятавшийся в глухих мордовских лесах и получивший от зеков название "Титаник" из-за того, что грунтовые воды находились на глубине меньше метра, его доставили ровно через год после ареста. На первых порах, после внутренней тюрьмы со всеми её "прелестями", пребывание в "Титанике" показалось Максиму чуть ли не отдыхом на Канарах, ну, а потом его друзья, оставшиеся на воле, сделали всё возможное, чтобы ему было легко и комфортно мотать свой срок. Подполковник Первенцев мог легко избежать как ареста и заточения во "Внутряк", так и приговора суда с отсидкой срока в "Титанике". Более того, он сам принял решение "сесть", но сделал это не под своей фамилией. Пятнадцать лет назад он добровольно отдался в руки своих коллег по работе под видом Николая Ивановича Бойцова, в те годы майора ФСБ и специального секретного агента, чьим основным профилем было пилотирование каких угодно летательных аппаратов в любых метеоусловиях.
Закрыв глаза, чтобы не видеть этих проклятых лампочек под потолком, горящих всю ночь напролёт, Максим снова вздохнул. Кроме них больше ничто, даже тяжелый запах, если не просто вонь от шести десятков мужских тел, его не беспокоило. Хотя нет, кое-что его всё же беспокоило. Например, действия его бывшего руководства, влупившего ему пятнадцать лет особого режима ни за что, просто так, спокойствия ради.