- Это не исключено, - кивнул Колюнчик. - Хотя и маловероятно... - Он помолчал, глядя на меня все с той же смесью во взоре. Впрочем, теперь к этой смеси добавилось ещё что-то - кажется , жалость. - Продолжим? спросил он. - Или на сегодня хватит?

- Ну уж нет, - сказал я. - Давайте продолжим, сударь. Как насчет Фобоса? Русского Фобоса, разумеется. Могу ли я, с моим бессрочным билетом и с моей тысячею целковых, предпринять столь мизерный по дальности вояж?

- Можете, сударь, - вздохнул Николай Иванович. - Только я обязан предупредить вас о том, что территория русского Фобоса Объявлена зоной повышенной радиационной опасности. Предъявите, пожалуйста, вашу медицинскую карту...

4

Спустя три или четыре часа я иссяк.

То есть, меня-то хватило бы ещё на столько же, если не больше. Я был дьявольски терпелив. Как всегда. Как ежедневно в течение последнего месяца, с тех самых пор, как понял, что попал в бюрократический тупик. Дубинка Харитона Петина разъяснила мне это весьма доходчиво - и тогда же я зарядил себя терпением на добрую половину вечности.

Я бы мог и продолжать - но иссякли мои документы, опять оказавшиеся недостаточными. А на повторный круг Николай Иванович не изволил согласиться: "Мы с вами только что об этом говорили, сударь".

Завтра я скажу, что не помню. К другому барьеру я тоже смогу встать только завтра... А за неделю хождений по присутствиям я обновлю бумаги, подписи, даты, штампы. Поднакоплю новых справок и поручительств. И начну с нуля. Покорно, благонамеренно, законопослушно. Дьявольски терпеливо.

Рано или поздно они расслабятся. Рано или поздно Харитон со товарищи утратят бдительность, и никто из них не явится на свой пост. Или явится, но с незаряженным парализатором, и дубинка будет валяться где-нибудь на скамье в курилке. А на нейтралке в это время будут люди - и пока опричники решатся начать пальбу, я успею пробежать нейтралку и запрыгнуть на какой-нибудь трап. Любой... У Марсовой Губернии нет своих заатмосферных судов, и даже в Марсо-Фриско ходит графский микрокосмобус класса "Блоха". Любой трап окажется для меня спасительным: первая же его ступенька является территорией чужого государства.