Выполнив очередной пируэт, Георгий вновь замер в боевой стойке у противоположной стены, усмехнулся.
— Продолжим, Пол, или ты хочешь отдохнуть? Уезжай прочь! Забудь обо мне и о России. Ты англичанин, Пол, так и оставайся им!
— Продолжим!
Маленький кабинет не позволял Павлу двигаться на полной скорости. В голове шумело, и он уже ничуть не сомневался, что его действительно подавляют. И это был не Георгий. Какой бы силой ни обладал Темный, невозможно было одновременно концентрироваться на своем мече, вести рукопашный бой и тянуть силы из противника. Где-то рядом были другие Темные, много Темных, которые объединенными усилиями и гасили энергию Светлого. Когда-то в Ордене Павел проходил тренировки по коллективному давлению, которое использовалось, чтобы взять противника живым, предварительно измотав его…
— А ты упрям! — усмехнулся Георгий во время очередной котроткой передышки… А затем обрушился на Павла с такой скоростью, что тот едва успевал блокировать удары. Один, два, три… Десять… Павел сбился со счета, сколько раз со звоном скрещивались их мечи… Георгий сделал очередной выпад, Павел блокировал его, с опозданием понимая, что это был лишь отвлекающий маневр. А затем острая боль пронзила плечо — меч Темного проткнул его насквозь чуть ниже правой ключицы.
Оседая на пол и отчаянно пытаясь удержать в слабеющей руке меч, Павел увидел, как рывком распахнулась дверь кабинета и на пороге появился Женя.
Георгий обернулся, очевидно не ожидая, что кто-то еще посмеет ворваться в кабинет… В следующий момент Женя вынул из кармана руку, в которой сжимал пистолет Павла…
— Получай! — во все горло заорал он и нажал курок.
Стрелял Женя, безусловно, бездарно, но именно это его и спасло. Темный легко мог бы уклониться от пуль — Павел знал это, так как сам не раз выполнял подобные трюки. Стрелок всегда целит в грудь или в голову, поэтому, примерно зная направление полета пули, нужно лишь успеть уйти в сторону. При реакции Наделенных это не составляет особого труда. Вот только Женя, целясь, видимо, в голову, первым же выстрелом прострелил Георгию колено.