— Неповиновение. Иначе говоря, он вышел из-под контроля. Это очень тонкий вопрос...

— Да, да, черт возьми! — рявкнул Болан. — Но это все — мелочи. Выкладывай главное.

Броньола вновь глубоко вздохнул прежде чем ответить:

— По некоторым причинам парнем интересовалось ЦРУ. Несколько недель назад он еще получал у них жалованье.

— Чем он у них занимался?

— На этот вопрос я все еще жду ответ.

— Он выпутался в одиночку, как большой?

— Пока ничего не могу сказать.

— М-да, странноватая история.

— Еще бы!

— Гарольд, этот парень — виртуоз пыток, настоящий инквизитор.

На другом конце провода наступило долгое молчание.

— Ты в этом уверен?

— Я застал его с руками по локоть в крови, — сухо произнес Болан. — И как ты думаешь, кто был жертвенным индюком?

— Рикерт, — пробурчал Броньола.

— Именно!

— Тогда я уже ничего не понимаю. Почему?

— Вот в этом я и пытаюсь разобраться, Гарольд.

— Черт бы его побрал!

В разговоре наступила новая пауза.

— Ну что ж, вот и опять всплывает человек из Лос-Анджелеса...

— Если он найдется, мы окончательно запутаемся. Послушай-ка... Я уже занимаюсь этим, Гарольд. Попытайся немного прикрыть меня с тыла.

— Понимаю.

— Мне понадобится информация. Здесь, на юго-западе, многое мне еще не совсем ясно: структура организации, расстановка кадров...

— Черт возьми, да ты думаешь, что... компьютеры сами...

— Прости, — откликнулся Болан, — у меня голова работает быстрее, чем я говорю. Я думаю о Нью-Мексико и спрашиваю себя, где же там таится разгадка. Повсюду, куда бы я ни ходил, я натыкаюсь на таблички: «Сверхсекретно». Уайт Сэндз, Лос-Аламос... Тебе не кажется, что это как-то связано с Лос-Анджелесом? Так сказать, обычная схема.

— Возможно, — буркнул Броньола. — Мы запросим все банки данных и посмотрим, что нам выдадут компьютеры.