— Сегодня чудесный день, не правда ли, мистер Джордан?

Совсем неплохая маскировка: что сделано быстро, то сделано хорошо. Да здравствует несовершенство человеческого восприятия!

— Все зависит от того, принимаете вы солнечные ванны или нет, — ответил Болан-Джордан и удалился, не оставив старику возможность продолжить разговор.

Не успел он войти в квартиру, как раздался телефонный звонок. Болан поднял трубку.

— Филипп Джордан слушает.

— Мы высылаем за вами машину, — раздался незнакомый голос. — Капитан желает получить некоторые разъяснения.

— Оставьте вашу машину при себе, — сухо ответил Болан. — Я в состоянии перемещаться сам.

— Нет, — возразил голос, — вы не знаете, где мы находимся. Мы посылаем за вами...

— Вы находитесь на ранчо Якундо, верно? — оборвал его Болан, и в голосе его послышалась нотка лукавства.

На другом конце провода голос на секунду замолк, а затем пробормотал:

— Чертов пройдоха.

Болан не отреагировал на замечание, а довольствовался тем, что холодно ответил:

— У меня есть в городе еще кое-какие дела. Я буду у вас через час.

Он повесил трубку и резко обернулся, почувствовав, что в квартире он не один. «Беретта», словно по волшебству, появилась у него в руке, и одним прыжком Мак очутился на пороге спальни.

Итак, доктор Джордан все же не был тем аскетом, каким его вообразил себе Болан.

Прекрасное создание стояло прямо за дверью комнаты. Длинные черные волосы доставали девушке почти до талии, а от ее крепких округлых грудей и стройных точеных ножек могла пойти кругом голова у любого, пусть даже самого закоренелого пустынника. Одеждой ей служил замысловатый пеньюар, расстегнутый от ворота до кружев, пенившихся внизу по подолу.

Ее большие блестящие глаза на мгновение задержались на оружии в руке Болана, и она вскрикнула:

— Фил, что это?

Затем взгляд ее прекрасных, по-прежнему широко раскрытых глаз скользнул по лицу Палача и словно остекленел.