Хотя, может, я и не права, может, просто не доводилось мне бывать в такой кризисной ситуации, когда больше всего на свете хочется "уколоться и забыться", забыть обо всем и о себе. Пока не была и, надеюсь, никогда не окажусь. Даже в часы самого беспросветного отчаяния в течение всех этих недель разлуки я ни на секунду не хотела вычеркнуть из памяти время, проведенное в Хавале, и своих друзей. Уже одно то, что они где-то во Вселенной есть, хоть и не рядом, вселяло в меня веру и радость, пусть с примесью тоски и боли, но истинную радость.

Я вскарабкалась на неоседланного Дэлькора, аккуратно придерживая подол футболки с крепко спящим сильфом, и, используя черную гриву коня, — длинные пряди, перемежающиеся аккуратно заплетенными косичками, — вместо поводьев, огласила план действий на ближайшее будущее:

— Поехали, хочу глянуть в глаза этому начинающему алкоголику неблагонадежной эльфийской наружности. На месте и решим, искать ли в здешних краях наркологический диспансер или обойдемся холодным душем и рассолом, — скомандовала я.

— Твои колдовские вещи брать, почтенная магева? — подчеркнуто вежливо уточнил Гиз.

— Мои колдовские вещи? — переспросила я, бормоча себе под нос: "Я все ловлю на лету, но непонятно, что конкретно ты имеешь в виду?". Взгляд скользнул по полянке и почти сразу наткнулся на небольшой бело-синий с дамской мордочкой пакет из "Лидии" и сумочку. Ого! Так они тоже через зазеркалье путешествие совершили! Похоже, когда я в вязкий туман проваливалась, невольно верхний пакет со сладостями зацепила. Какая я предусмотрительная, в этот раз даже с гостинцами явилась. Будет, чем Фаля разок побаловать, коль от иномирных деликатесов нос воротить не станет. — Конечно, брать! Сумочку мне, остальное вам!