— Ну ладно Фаль, — резюмировала я, прихватывая шмотки, и, поднявшись на ноги, предложила, — давай, что ли к малине вернемся.

За совместной трапезой можно многое выудить из болтливого мотылька (как-то язык не поворачивался называть его духом, созданием бесплотным и возвышенным). Такой подход к делу сильфу пришелся по вкусу. Мы вернулись к краю полянки и принялись с энтузиазмом обдирать россыпь спелых ягод с кустов. Когда еще поесть доведется неизвестно, так что перекусить не вредно будет.

— А с какой целью магева Оса, — вопросил порхатый приятель, — прибыли в Лиомастрию?

— Понятия не имею, меня тут оставили, а почему и зачем никто не объяснил, — пожала плечами, сунув в рот горсть малины, — так что можно сказать я в свободном полете.

— А… - мотылек слопал еще пяток ягод (как только влезли?), робко перепорхнул ближе к моему уху, и набрав в грудь воздуха, выпалил: — Могу ли я присоединиться к твоему путешествию, о Оса?

Масштабы любопытство моего нового приятеля, как и его непомерный аппетит, явно не соответствовали хилым размерам его тщедушного тела. Впрочем, тело хоть и маленькое, было вполне справным и милым, личико очень симпатичным, золотисто-рыжие, очень яркие вьющиеся волосы, веснушки, сияющие зеленые глазищи в пол лица, а уж от переливающихся на солнце крыльев и вовсе было глаз не оторвать.

— Пойдем, — беспечно пожала плечами. Местный, хоть и мелкий, все лучше, чем ничего.

Накушавшись, закинула куртку на плечо, сумку, Фаль устроился на свободном плече, облизывая красную от ягод физиономию и ладошки. Язычок мелькал быстро, как у кошки, да и глаза проблескивали точно так же, лениво настороженно.

— На дорогу нам в какую сторону? — уточнила я.

— Налево, — сильф махнул рукой в нужном направлении.

Через семь минут, следуя указке проводника, я выбралась на самую обычную деревенскую дорогу, только что колеи не были размечены отпечатками шин. Поле колыхалось начинавшей поспевать зерновыми, какими: рожь ли пшеница не знаю, не сельская девочка, а ботанику, как уже упоминала, забыла.