Гораздо важнее было другое: куда он попал, что здесь делать и как отсюда выбраться? Ни на один вопрос не было ответа. «Все-таки это не Ад. В Аду не может быть сарацин на страшных железных повозках. Хотя… почему бы нет? Где им еще быть, не в Раю же. С другой стороны, здесь не видно костров неугасимого пламени, не слышно воплей грешников и пока нет ни одного черта. Может быть, я попал в сказочный мир эльфов? Да, но откуда в пустыне эльфы? Обитатели холмов предпочитают ночной лес, разве что у сарацин тоже есть свой „маленький народец“ и я угодил в их владения. Тогда… о Боже! Тогда мне не выбраться отсюда! А если и выберусь, то меня никто не узнает, ведь время в стране эльфов течет иначе и вполне может пройти целая тысяча лет…» Рыжий рыцарь редко размышлял о далеком будущем, обычно его планы ограничивались желанием разбогатеть, убить дракона и принести его голову леди Роксолане в качестве свадебного подарка. Это почему-то представлялось ему наиболее близким и осуществимым.

Было уже около одиннадцати, движение в городе стихло, поздние прохожие провожали странную пару заинтересованными взглядами и спокойно продолжали свой путь. Средневековый рыцарь на улице в России начала двадцать первого века особенно никого не удивлял. Мало ли у нас снимается кинофильмов, устраивается шоу или театрализованных представлений? Тем более что рядом шла задумчивая девушка, одетая вполне сообразно эпохе и времени года. Даже машина милиции, встретившаяся им на углу сквера, прямо напротив дома Илоны, не остановила их. Лишь водитель высунулся на минуту, восхищенно прицокнул языком, глядя на рыцарского коня, но тут же нырнул обратно. Нэд Гамильтон, как истый англичанин, изо всех сил старался делать вид, будто ничему не удивляется. Это было невероятно трудно.

Самые разнообразные повозки с сияющими огнями, управляемые людьми изнутри. Рыцарь не был дураком и прекрасно понимал, что это именно повозки, а не «дьявольские исчадия Ада». Он исподволь рассматривал высотные здания, напоминающие ульи, странную одежду прохожих, непонятные столбы из неизвестного камня, освещающие улицы, необыкновенно ровные дороги, огромные окна богатых лавок, улыбчивые или серьезные лица встречных людей.