Когда Нэд Гамильтон в халате с чужого плеча и с мокрой головой вышел из ванной, его ждал роскошный ужин. Пересоленная яичница так и была подана на сковороде (к которой она почему-то прилипла), бутерброды были вымазаны маслом и пришлепнуты толстыми кусками сыра, зато мамин салат красовался в хрустальной вазочке (правда, его было немного, но для вида Илона старательно размазала содержимое по стенкам). Чайник уже насвистывал веселую мелодию, а еще было полплитки шоколада, варенье и не очень старый батон. Нэд Гамильтон почувствовал себя королем. Счастливая Илона, подперев подбородок, любовалась на дело рук своих, сияя как самовар. Звонок в дверь раздался, когда Нэд уже закончил с основными блюдами и держал в руках чашку ароматного чая.

– Двенадцать ночи, – недоуменно буркнула Илона. – Кого могло принести в такое время?

На всякий случай рыжий рыцарь встал из-за стола и, сунувшись в ванну, застегнул на себе пояс с мечом, но на этот раз опасности не было.

– Милочка, ты ведь не спишь? Нам надо поговорить… – жеманно раздалось из прихожей.

– Валера Люстрицкий, мой друг и сосед по площадке, – нехотя пояснила Илона, поворачиваясь к Нэду.

Вошедший молодой человек был строен, высок, как-то изящно-хрупок. Руки очень ухожены, золотые серьги, красивые кольца, чуть обиженные глаза и тонкие, вздрагивающие губы. Мужчин такого типа Гамильтон-младший еще не встречал, поэтому ошибочно решил, что юноша чем-то болен и нуждается в сочувствии.

– Нэд Гамильтон, рыцарь Креста, – представился он. – У вас, видимо, большое горе? Если я могу помочь, то мой меч к вашим услугам.

– Нэд? Илоночка, где ты подобрала это ископаемое?! – Изящные пальчики Валеры на мгновение утонули в дружеской ладони рыцаря. – Ай! Вы что?! Мне больно…

– Прошу прощения, сэр…

– Так ему и надо, не будет называть меня этим сюсюкающим имечком, – вмешалась Илона. – Валерыч, этот парень – мой новый друг, отложи свои заигрывания до следующего раза. Что там у тебя случилось?