— Слушай, Мусто, а ведь деньги-то у него с собой! — заговорил снова Бриан. — И не только то, что он нам обязался уплатить по прибытии в Шадизар, но и его собственный кошель.

— Так что же? — лениво отозвался Мусто. — Что же удивительного в том, что молодой дворянин не только богат, но и бережлив?

Карела невольно усмехнулась. Солдаты и офицеры Офира не могли пожаловаться на бедность. И только у таких разгильдяев, как Бриан, не знающих меры ни в чем, могла возникнуть зависть к содержимому чужих кошелей.

— Дурак ты, Мусто, — раздраженно ответил Бриан. — Можно подумать, что тебе лишняя сотня монет помешает. Слушай, братец, я тут подумал, а есть ли смысл ждать расчета от Эльриса?

— Не понял… — протянул Мусто. — Да разразит тебя Иштар! Ты болван, парень! Мы взялись доставить эту девчонку в Шадизар и получим там свои денежки. Что тебя так разбирает?

— Да не ори ты, праведник! — зашипел на приятеля Бриан. — Ну сам посуди. Приедем мы в Шадизар, доставим дочь Клоруса на место. И что? Эльрис тут же примется отвоевывать у родни девицы свое, и я думаю, что небезуспешно. А мы с тобой? Несколько дней в трактире, несколько женщин и несколько похмелий — вот и все, что мы будем иметь с этого приключения. Даже если мы соберемся обратно в Офир, то добираться до места придется с пустыми карманами.

— Можно будет попытать счастье в гарнизоне Шадизара, — вставил Мусто, но Бриан решительно оборвал его:

— Да что его пытать, когда вот оно! Впереди скачет. Мне кажется, что расщелины здесь есть довольно глубокие, и два юных тела будут чувствовать себя там очень уютненько! — хихикнул он. — На первом же привале: Эльрису нож в спину, а деньги поделим. Да и все. К тому же девчонка — хороша стервочка. Столько раз меня отшивала, теперь не отвертится. И тебе дам попробовать, так уж и быть. Ну, что молчишь, Мусто?

— Ну, деньги я, пожалуй, взял бы. А девчонка… Жалко, молоденькая еще, ребенок.