Кеша поднялся и сказал мужественно:
— Ну, я пошёл. До завтра. Связь через Кинескопа.
— До завтра, — сказал Рыжий, а Колесо помахал рукой, затянутой в кожаную перчатку.
Родители действительно были дома. И чтобы не показывать Кешу не в самом лучшем виде, стоит опустить сцену его встречи с родителями. Тем более что каждый легко может себе её представить.
Глава девятая
ГЕША И ИВАН НИКОЛАЕВИЧ
Утром баба Вера опять уехала в Коньково-Деревлёво.
И как только она ушла, Геша бросился к себе в комнату, постучал по телевизору:
— Кинескоп, вылезай.
Бах, трах, оглянуться не успеешь — а он уже стоит рядом, глазами моргает, нос трёт, говорит недовольным тоном:
— Поспать не дал усталому духу… Что стряслось?
— Ничего страшного, не волнуйся, — заторопился Геша, — Кинескопчик, милый, узнай, как там Сомов.
— А что Сомов? Сомов — нормально… Сидит небось, звонка ждёт. — Кинескоп подошёл к телефону, снял трубку: — Говорун? Опять гудок не отключил, конспиратор чёртов… Ну, я это, Кинескоп… Как ситуация?.. Сидит, значит? Я так и думал… Витька звонил? И что? Тоже ситуацией интересовался? Волнуются, ворюги! А профессор — молчок?.. Спит небось. А куда профессору торопиться? Торопись не торопись, а инструментик не вернёшь. Хе-хе. Это я шучу… Подумаешь, дурацкая шутка! Придумай лучше. Где Водяной? У Сомова? А кто же у Витька? Ага, Надым, значит. Он метки сделал? Надёжные? Как договорились?.. Ну, ладно, если что — сразу звони. Привет. — Кинескоп повесил трубку, сказал задумчиво: — Хороший дух Говорун, только робкий какой-то. А ведь не меньше моего служит… Разговор слышал?
— Слышал, — сказал Геша.
— Выводы делаешь?
— Делаю.
— Как сделаешь, сообщи.
— Где братья?
— Зачем они тебе? Спят небось, намаялись вчера. Проснутся — объявятся.