– Вижу, я не вовремя, ты совсем плоха, деточка, – нарочито заботливо прокудахтала Саша. – А позови-ка ты к телефону Катерину, я ей пару материнских рецептов продиктую, как тебя лечить. Там есть такие миленькие ингредиенты, как медвежья желчь, барсучий жир, сушеные летучие мыши, кровь сорокалетних мужчин-девственников…
– Нет!!! Только не это! Я все поняла, больше не буду!
– То-то же.
– А что у тебя слышно? Ушла в глухое подполье, месяц на связь не выходила. Мобильный выключен, по домашнему телефону пару раз звонила – застать не могу. Я просила Славку передать, чтобы ты проявилась, но от тебя ни ответа, ни привета. Твой сынуля ничего тебе не передавал? – спросила я.
– Да он передавал, – тяжело вздохнула Саша, – просто… Понимаешь, такая ситуация сложилась, что я даже и не знаю. По телефону как-то…
– Так, понятно. Пан Голубовский резвится?
– В общем, да.
Глава 2
С Сашей Голубовской я познакомилась относительно недавно, где-то с полгода тому назад. Лешка собирался на гастроли по Белоруссии, а мне давно хотелось побывать в этой стране. Уж очень противоречивые мнения слышала я о бывшей советской республике, дровишки в костер моего любопытства подбрасывались постоянно.
Стояло лето, первое наше спокойное лето. Два предыдущих были совершенно безумными, и тем ценнее казались мгновения релакса и покоя. Хотя, со стороны, круговерть нашей жизни спокойной ну никак назвать нельзя: у Лешки постоянные концерты, поездки; и я тоже не бездельничала, наладила контакты с парочкой гламурных журналов. Но мы были вместе, и ни одна тучка не выплясывала тарантеллу на нашем небосклоне. Поскольку я публиковалась под своей фамилией, а для широкой публики наш союз с Лешкой по-прежнему оставался тайной, особого ажиотажа вокруг моих материалов не было.
В общем, прошлое лето начиналось великолепной погодой, а также встречей с Таньским (как я ее зову) и ее семьей. Кто такая Таньский? Моя лучшая подруга, еще со школьных времен. Таньский теперь – мама двух очаровательных малышей, живет в Швейцарии.