Миссис Уайтэкер подняла пыльный серебряный кубок и оценивающе взглянула на него сквозь толстые очки.
- Милая вещица, - сказала она в сторону Мэри.
Мэри пожала плечами.
- Будет мило смотреться на каминной полке.
Мэри вновь пожала плечами.
Миссис Уайтэкер отдала Мэри пятьдесят пенсов, и получила от неё десять пенсов сдачи и бумажный пакет для покупок. Потом она зашла в мясную лавку, купила себе неплохой кусок печёнки и отправилась домой.
Внутри кубок был покрыт толстым слоем рыжеватой пыли. Миссис Уайтэкер бережно ополоснула его и оставила на час отмокать в тёплой воде с капелькой уксуса.
Она тёрла его средством для чистки серебра, пока он не засверкал, как новенький, и поставила на каминную полку в гостиной, между маленьким грустным фарфоровым бассетом и фотографией её покойного мужа Генри, снятой на пляже во Фринтоне в 1953 году.
Она была права. Смотрелся он действительно мило.
На ужин в тот день она пожарила печенку в сухарях с луком. Вышло очень мило.
Потом была пятница. В пятницу утром миссис Уайтэкер и миссис Гринберг по очереди ходили друг к другу в гости. На этот раз была очередь миссис Гринберг наносить визит, и они сидели вдвоём в гостиной, ели миндальное печенье и пили чай. Миссис Уайтэкер пила чай с одним кусочком сахара, а миссис Гринберг пользовалась таблетками заменителя, которые всегда носила в сумочке в небольшом пластиковом флаконе.
- Очень мило, - сказала миссис Гринберг, указывая на Грааль. - Что это?
- Это Святой Грааль, - сказала миссис Уайтэкер. - Из этого кубка Иисус пил на тайной вечере. Потом, во время распятия, в него собрали кровь Спасителя, которая вытекла из раны, нанесённой копьём центуриона.