- Я хотела сказать, - пролепетала Верочка, - не в университете, а у нас в Англии...

- Вижу, что у вас в Англии отправляются в дальний путь и вовсе без оруженосцев, досточтимый рыцарь Белой Лилии, - удивленно проговорил юный Жерар де Виан, устраиваясь в седле. - А как же тогда в вашей стране становятся рыцарями?

- Не придавай нашим словам большого значения, - вступил в разговор Изобретатель. - Видишь ли, отправляясь в поход в Святую Землю, каждый из нас дал обет хранить полное молчание и не открывать своих лиц до полной победы. И вот поэтому...

Александра Михайловна обратила испепеляющий взор на Лаэрта Анатольевича, и Изобретатель осекся.

- Не мне судить чужие нравы и обычаи, досточтимый рыцарь Раскрытой Книги, - дрогнувшим голосом молвил оруженосец. - Однако граф и графиня станут бранить меня, если я промедлю с исполнением поручения.

Пришпорив коня, он рванулся вверх по дороге. Было видно, что прежде, чем исчезнуть в клубах пыли, он еще несколько раз удивленно обернулся назад. Когда стих топот копыт, на дороге воцарилось тяжелое молчания.

Но, оказалось, гнев Александры Михайловны уже утих.

- Вера Владимировна, - сказала она укоризненно, однако с веселыми нотками в голосе. - От кого-кого, а от вас-то я этого никак не ожидала. Представьте, что должен был оруженосец о нас подумать! Лекции в московском университете... Дали обет молчания, а сами тараторят, как сороки... С Кости и со Златко пример берите, вот истинные странствующие рыцари. А ты, Петр...

Она махнула рукой.

- Больше не повторится, Александра Михайловна, - виновато отозвался Лаэрт Анатольевич. - Буду молчать, как рыба.

- Очень надеюсь! - веско сказала доктор педагогических наук. - И не забудьте, что мы дали обет не открывать лиц. Если нарушим, обязательно будут неприятности. Допустим, что английские рыцари могли в походе обходиться без оруженосцев. Но даже в Англии вряд ли рыцарями были женщины и дети!