Когда рухнул как карточный домик громадный и бестолковый колхоз под названием Союз Советских Социалистических Республик, евойный председатель впереди собственного визга перестроился и подался рекламировать пиццу, саквояжи и прочий ширпотреб. Пришедший на место главы оставшихся земель видный демократ со строительным образованием выпил сорокаградусной и начал раздавать кому ни попадя тучные нивы и леса с озерами. Ни ему, ни челяди так и не пришла в голову простая мысль о том, что вокруг них – соседи, а им лишняя землица и то, что в ней, не помешают. Да и соседи уж больно дружелюбно улыбались, металлокерамикой поблескивая... Короче, псов разогнали, позабыв сказать мерси. Флот порезали на иголки, из ракет понаделали дачных домиков, танки пустили на переплавку. Получили за все это от благодарных соседей денежку, тут же ее скрали и между собой распилили. Лепота!
А потом протрезвели слегка, батюшки-светы, да они нас, они у нас, они нам бяку, нож в спину, падлы такие, а ведь клялись, божились, крест нательный взасос лобызали. Вот тебе и друг Билл, друг Гельмут и прочие Рю с Жаками! А мы им душу нараспашку, сердце наизнанку! Как же так же? А вот так. Как говорится, ничего личного. Просто свое защищать надо, а то охотников много. А вы псов-то поразогнали, ружья пропили. И за тем, что на своей земле творится, тоже строгий пригляд нужен. Люди – они ведь разные бывают. Так-то.
Сейчас, слава богу, наступило время собирать камни. Моя страна, расправляя плечи, потихоньку занимает свое законное место среди других, место великой державы. Другого места у нее нет и быть не может, такая уж судьба. Непросто это, конечно, уж больно много наколбасили предыдущие ораторы.
Однако думаю, справимся. И место, себе подобающее, займем, и с соседями как следует отношения наладим, равноправные, без лишних иллюзий и последующих разочарований, а дома у себя разную нечисть выведем, и уборку сделаем, чтобы впредь не заводилась. Все эти бомбисты, террористы и прочие нелюди подобны вшам и заводятся только там, где грязь. Верю, что все у нас получится. Очень хочется верить.