Отряд на рысях двинулся дальше по балке и вскоре за очередным пологим поворотом перед ними показались не большие заросли камыша. Искать что либо лучшее не приходилось.

— Брук!- Подозвал он своего оруженосца.

— Да господин.

— Лошадей за заросли и стреножить. Потом берешь своих мальцов и бежишь вон к той промоине, — Андрей показал на промоину появившуюся на склоне балки от стока воды, располагавшуюся примерно в двадцати шагах перед предполагаемой позицией в камышах. Она была глубокой, ни как не меньше метра, что позволяло стрелкам до поры не отсвечивать и стрельбе не помеха, а сами мальцы оказывались под прикрытием, во всяком случае, всаднику их там не достать, если только из лука, ну да и ребятки не безоружные и стрелять будут считай из окопа. Обозники в виду малолетнего возраста и как следствие малосильности были вооружены пехотными арбалетами, взводимыми ногой, кавалерийский арбалет взводимый руками им был по плечу только с одним слоем стальных дуг, а это снижало дальность эффективного выстрела настолько, что использовать пацанов в бою было не целесообразно. Другое дело пехотный арбалет, он был грозен и в их руках. — Схоронитесь там, чтобы вас не заметили. Бить только после нас. И смотрите мне, один болт, один орк, если найду два болта в одном теле, выпорю.

— Слушаюсь. Эй парни…

— Слушать меня, — отправив Брука, обратился он к воинам. — Подпускаем орков на пятьдесят шагов, бьем из арбалетов и строем в копья. Мальцы поддержат нас с фланга. Всем, все ясно. Вот и ладушки. Готовьтесь.

Рывком ослабив ремень щита он перекинул его вперед, продев в петли левую руку продвинул его в верх по предплечью, чтобы можно было целиться из арбалета. Проверил, легко ли ходит в ножнах шашка, которой не мудрствуя лукаво, он вооружил своих людей.