— Все так, сэр. Примерно в пяти милях отсюда склоны делаются крутыми. Всадники поднимутся не вопрос, но повозкам выйти можно только на берег озера или разворачиваться.

— Мы сейчас в низине примерно в миле от берега озера и он находится за вон тем урезом. А вот это справа Верблюжий горб.

— Все так. Мы здесь уже бывали, месяц назад.

— Отлично.

— Вы хотите атаковать их в балке. Там достаточно узко, но только для каравана, конникам ничего не стоит развернуться широким фронтом и здесь балка совершенно прямая, спрятаться негде. Или вы решили атаковать в лоб?

— Ни в коем случае. Мы вообще не будем атаковать.

— …?

— Мы будем убегать. Что ты так уставился на меня. Да, да мы будем убегать. Когда орки обнаружат нас мы рванем туда, — он махнул рукой в сторону не видимого из-за возвышенности озера. — Когда мы перемахнем урез, то свернем в право и пойдем вдоль берега, обходя Верблюжий горб.

— Боюсь, что нам не останется другого выбора, — вмешался в разговор подъехавший падре. — Как только орки обнаружат нас, то не меньше двух десятков пройдут по балке до берега озера и отсекут нам отход влево. Потом когда они убедятся что начали загонять нас к Верблюжьему холму, то наверняка выделят десяток, а то и два которые рванут с другой стороны холма выходя к нам навстречу, или направятся на сам холм откуда без труда и потерь просто возьмут нас в луки. Да им даже не потребуется приближаться к нам, чтобы пускать в нас стрелы. Если мы сами двинем в этот проход, то мы уже будем обречены. Склоны холма с той стороны почти отвесные, расстояние между склоном холма и урезом воды не больше тридцати шагов, а от стрелков на холме всадники будут не дальше семидесяти. Два залпа и все, от нас ничего не останется. Ну может им придется выпустить по три стрелы, но время у них будет и никто из нас в живых не останется. И как мы победим в этой ситуации.