– …что и требовалось доказать, – перевел Джим, чувствуя легкое раздражение. Он был заурядным магистром искусств XX века, но латынь знал.

Он чуть сбавил обороты и заговорил более спокойным тоном:

– Ну, все это просто чудесно, но как мы можем остановить мои беспорядочные превращения?

– Мы – никак, – отрезал Каролинус. – Ты все должен сделать сам.

– Но я не знаю, как это сделать! – взмолился Джим. – Знал бы, так не просил тебя помочь.

– Я ничего не могу здесь поделать, – сердито сказал Каролинус. – Счет-то твой, а не мой. Ты и должен управлять им. Не знаешь как – научись. Будешь учиться?

– Буду! – ответил Джим.

– Очень хорошо. Я возьму тебя в ученики, – сообщил волшебник. – Как обычно, десять процентов твоего баланса отчисляется мне как плата за обучение, поэтому они автоматически немедленно переводятся на мой баланс. Записал?

– Записал, – ответил Департамент Аудиторства. Его голос прозвучал, как всегда, басисто: как всегда, казалось, будто говорящий находится в паре футов под землей, и, как всегда, Джиму показалось, будто между пальцев его ног взорвалась хлопушка.

– Скудное вспомоществование, – проворчал Каролинус в бородку. – Однако поскольку таков тариф за обучение…

Возвращаясь к беседе с Джимом, он вновь повысил голос.

– Должен ли я наставлять тебя во всех магических делах, как наставлял Мерлина

– Да, – поспешно сказал Джим.

Он думал, что ему, наверное, будет куда лучше без этого нелепого счета, а если он ослушается Каролинуса в каких-то магических делах, то это вряд ли разобьет ему сердце.

– Ну, – начал Джим, – теперь приступим к моему возвращению из драконьего тела обратно в человеческое…

– Не спеши, – перебил его Каролинус. – Сначала мы восполним пробелы в твоем Знании.