Взяв дубинку, Матиас выбрался на дорогу, лапы его дрожали. В воздухе еще кружились, плавно опускаясь на землю, клочки сена. Вскоре Констанция вытянула тележку назад на дорогу. Василика помогала матери и миссис Черчмаус успокоить расплакавшихся от страха малышей. Тележка стояла на дороге в облаке оседающей пыли. - Вы видели? - Видеть-то видел, но не могу поверить своим глазам! - Откуда они взялись? С луны, что ли? - Скорее из преисподней! - Ну и крысы! До чего же огромные! - А тот, сзади! Ни дать ни взять - сам дьявол! Видя, что Матиас еще не пришел в себя, Констанция приняла командование на себя и развернула тележку кругом. - Думаю, нам лучше вернуться в аббатство, - сказала она твердо. - Все равно надо немедленно рассказать обо всем отцу настоятелю. Признавая правоту барсучихи, Матиас смирился с ролью ее заместителя. - Согласен, - сказал он. - Василика, полезай в тележку и займись малышами. Мистер Филдмаус, мистер Черчмаус, вы пойдете впереди, рядом с Констанцией. Мыши молча подчинились. Тележка тронулась в обратный путь. Матиас сидел сзади, охраняя тыл. Крепко сжимая дубинку, он зорко глядел на дорогу.
6
Лошади посчастливилось: она осталась невредимой. Крысам повезло значительно меньше. Шарахаясь от одного края дороги к другому, лошадь с шорами на глазах не заметила двух каменных воротных столбов на обочине. Телегу занесло, и она врезалась в столб. Оглобли с треском сломались, и лошадь понеслась дальше, волоча за собой вожжи, постромки и обломки оглоблей. Клуни в который раз спасла его молниеносная реакция - он вовремя спрыгнул на землю, по-кошачьи приземлившись на все четыре лапы, а телега, опрокинувшись, рухнула в канаву; окованные железом колеса продолжали нелепо вращаться в воздухе.