В возрасте восьми лет я начала проявлять, как мне сказали, своего рода телепатические способности (может быть, как раз поэтому я так хорошо приспособилась к вулканитской системе образования!), и меня подвергли тщательному изучению мастера-вулканиты. Оказалось, что вокруг моего разума существует некая естественная «стена», или преграда, и они не могли определить величины моих телепатических возможностей. Я подслушала, как они говорили моим родителям (все не сомневались в глубине моего сна — и напрасно…), что не хотели причинить мне вред, пытаясь проникнуть за эту преграду. Однако изучавшие меня мастера-вулканиты сказали мне: мои телепатические возможности будут развиваться дальше, «когда придет время», а подтолкнуть их развитие может все, что угодно. В частности, любые связи с разными животными либо умственное взаимодействие (или связь, спаси господи!) с вулканитами могли ускорить процесс. Вот почему мне, одной из очень немногих земных детей, разрешили завести сехлета

Я продолжала учиться в младших классах вулканитской школы, но телепатия моя оставалась на том же уровне, что и в те времена, когда ее впервые заметили. Стоило мне вплотную подойти к высшему образованию, как отцу предложили должность в Академии Звездного флота, и он согласился. Однако и он, и мать настояли, чтобы я осталась и поступила в Академию Наук Вулкана. Я стала одной из самых молодых землян, которых когда-либо туда принимали, и они не желали, чтоб я упустила такую редчайшую возможность. Они нашли одну вулканитскую семью, пожелавшую заботиться обо мне, пока я учусь в Академии (я все еще считалась недостаточно взрослой, чтобы жить самостоятельно, и по земным, и по вулканитским меркам), и я осталась на Вулкане, а мои родные вернулись на Землю.

Предлагавшийся курс медицины я прошла быстрее обычного, и в возрасте восемнадцати лет с отличием закончила вулканитский вуз.