Научившись неплохо держать на лету боевой порядок, мы стали отрабатывать уход в Промежуток. На первых порах упражнялись в опознании местности. Потом, когда мы впервые действительно ушли в Промежуток, с нами находился Наставник, и он передал дракону образ местности. Добившись профессионального умения точно передавать образы — если образ неверен, можно навечно остаться в Промежутке или выйти из него внутри какого-то предмета — мы стали отрабатывать групповые переходы на точность.

Примерно в это же время нескольким воспитанникам наскучили нескорая учеба, повторяющиеся изо дня в день упражнения. Один из них решил пройти через Промежуток к себе домой, туда, где мы раньше не бывали. Его хватились, когда он пропал после обеда. Мы все искали товарища, но никто не нашел, даже драконы не чувствовали пропавшего. Стоит ли говорить, что его обнаружили на следующий день полупогребенным в скалу. Другие быстро умерили пыл своих жалоб и, прежде чем отправиться куда-то, непременно спрашивались у Наставника.

Наконец мы подошли к тому, что считалось завершающей стадией наших университетов — драконы стали учиться жевать огненный камень. И снова это происходило вдали от каких бы то ни было населенных мест, и повредить мы могли только себе! Несколько человек не избежало ожогов, но никто не пострадал настолько серьезно, чтобы отстать в учебе. Наловчившись удовлетворительно справляться с пламенем, мы продолжали еще более суровые тренировки, и уходили в Промежутке все дальше от Вейра.

А потом пришел наш черед работать с боевым Крылом — доставлять всадникам, боровшимся с Нитями, новые мешки огненного камня. К тому времени мы стали более чем умелыми метателями мешков туда-сюда. Мы были готовы к приему в крыло, драконам исполнилось восемнадцать месяцев и они совершенно выросли.