- Сомневаюсь, чтобы нас многие помнили, - ответил Танис, с любовьюглядя на друга. - Для нас с тобой, старина, время движется совсем не так,как для людей. Для нас пять лет - краткий миг, для них - долгий срок... -И улыбнулся: - А ты все такой же!

- Про тебя я бы этого не сказал, - Флинт уселся обратно на камень ипринялся строгать. Потом поднял глаза на Таниса и нахмурился: - Бороду-тозачем отрастил? Решил вконец себя изуродовать?

Танис поскреб подбородок:

- Мне случалось забредать в такие места, где на эльфов глядят косо...Вот тут-то борода, наследие моего папаши-человека, и помогала скрыть моепроисхождение.

Горькая ирония звучала в его голосе.

Флинт хмыкнул, чувствуя недомолвку. Он знал, что полуэльф ненавидитсражения и убийства, но и прятаться от схватки не станет... Стружки падалииз-под ножа.

- А мне, - сказал гном, - случалось забредать в такие места, где косоглядят на любого. - Он повертел в руках чурбачок. - Но все это, посчастью, миновало. Теперь мы дома!

- Если верно то, что я слышал, - не спеши говорить "гоп". - Таниспоправил капюшон, затеняя глаза. - Говорят, Высокие Искатели собрались вГавани и назначили какого-то человека по имени Хедерик Высоким Теократом вУтеху. И он со своей новой религией успел уже превратить город в сущийрассадник фанатизма!

Повернувшись, оба посмотрели вниз, в долину. Там начали понемногузагораться огоньки, обозначая жилища, спрятанные в кронах валлинов.Вечерний воздух был неподвижен, лишь доносился запах дровяного дымкаочагов. Время от времени издалека слышались голоса - матери звали детейужинать.

- А я и не слышал, чтобы в Утехе завелось какое-то зло, - негромкосказал Флинт.

- Преследования за веру...