пока они песню

ему не запели.

Начали песню,

прервали молчанье:

"Поставим-ка жернов,

камни поднимем!"

Дальше молоть

повелел он девам.

Пели, швыряя

вертящийся камень,

спали в тот час

челядинцы Фроди;

молвила Менья,

молоть продолжая:

"Намелем для Фроди

богатства немало,

сокровищ намелем

на жернове счастья:

в довольстве сидеть ему,

спать на пуху,

просыпаться счастливым:

славно мы мелем!

Никто здесь не должен

зло замышлять,

вред учинять

иль убийство готовить;

рубить не пристало

острым мечом

даже брата убийцу,

в узах лежащего!"

Он им сказал:

"Срок вам для сна

пока куковать

не кончит кукушка

иль, замолчав,

опять не начнет!"

"Фроди, ты не был

достаточно мудр,

приязненный к людям,

рабынь покупая:

ты выбрал по силе,

судил по обличью,

да не проведал,

кто они родом.

Хрунгнир с отцом

храбрейшими были,

но Тъяцци мог с ними

в силе тягаться,

Иди и Аурнир

родичи наши,

ётунов братья,

мы их продолженье.

Гротти не вышла б

из серого камня,

камень бы твердый

земли не покинул,

так не мололи бы

великанши,

когда б волшебства

не было в мельнице.

Мы девять зим,

подруги могучие,

в царстве подземном

росли и трудились:

нелегкое дело

девам досталось

утесы и скалы

мы с места сдвигали.

Камни вздымали

на стену турсов

так, что вокруг

содрогалась земля,

так мы швырнули

вертящийся камень,

что впору мужам лишь

было схватить его.