
Возникла парочка с резиновыми лицами, выволокла меня из машины и буквально внесла по ступенькам в дом. Один держал меня под мышки, а другой за ноги. Мои сто шестьдесят фунтов, похоже, не показались им чересчур тяжелыми.
Свет за дверью просто ослеплял, и каждый счел бы это убедительной причиной, чтобы закрыть глаза. Я их закрыл. Паровой молот ни на минуту не переставал стучать в голове.
Тут они решили разгрузиться, и я свалился боком на деревянный пол. Гладко отполированный. Чувствовался запах мастики. Совершенно отвратительный. Я приоткрыл глаза и удостоверился. Мелкий паркет, выложенный квадратами, современный. Березовый шпон, тонкие пластинки. Так, ерунда обычная. Где-то рядом заговорил человек, у него в голосе проснулась, росла и с трудом сдерживалась ярость:
- И кто это такой?
Последовало продолжительное напряженное молчание, я бы расхохотался, если бы мог. Резиновые сцапали не того. Все сражение псу под хвост. Но и никакой гарантии, что меня отпустят домой.
Я сощурился против света и посмотрел вверх. Говоривший сидел в кожаном кресле с прямой спинкой, сцепив пальцы на толстом брюхе. Голос у него был, как у Резиновой Маски: вроде бы и без акцента, но не англичанин. Вот ботинки я разглядел - они были как раз на уровне моих глаз - мягкие, из генуэзской кожи, ручной работы.
Итальянская модель. Ну и что? Итальянскую обувь продают от Гонконга до Сан-Франциско. Один из резиновых откашлялся:
