Но Хунвульф был далек от подобной любознательности. Для него башня со всем ее содержимым была никчемной бессмыслицей, останками колдовства и демонизма, канувших в лету вместе с их носителем. В отличие от Джеймса Эллисона, рожденного тысячелетия спустя, он вовсе не горел желанием разгадывать какие бы то ни было тайны.

Для меня, Хунвульфа, башня была лишь вместилищем зла и хитроумной ловушкой, порождавшей в душе единственное желание - бежать прочь как можно быстрее и забыть навеки. Вместе с держащейся за меня Гудрун мы соскользнули по веревке на землю и рука об руку двинулись по широкой просеке, протоптанной мамонтами к виднеющемуся вдали искрящемуся озеру.