- Нет, я серьезно, ребята, - Антуану, по-видимому, не терпелось поделиться своей радостью. - Мне поручили проверить состоятельность протеста Парандовского.
- Ого! - воскликнул Егор. - Чему же ты радуешься? Спорить с таким философом...
- Почему обязательно спорить? - удивился Илья, приглядываясь к большой стрекозе, сновавшей рядом с людьми. - Возможно, Парандовский прав. Скорее всего, прав.
- Не знаю, - Антуан развел руками. - Честно говоря, ничего не знаю. Протест не публиковался... А то, что он связан с изучением Геи, вам известно не хуже меня.
Илья вдруг вскочил.
- Братцы, подождите. Чуть не забыл. У меня для вас сюрприз.
Он достал из куртки бумажный свиток, развернул его. С левого угла плотного листа на красном шнуре свисала сургучная печать.
- Все по закону, - сказал Ефремов, заметив, что друзья смотрят на печать. - Юджин приложился. Знак Солнца, как и полагается. Слушайте! Полдня вчера сочинял...
Он откашлялся и уже вполне серьезно продолжил:
- Кодекс Садовников... Получив в свое распоряжение все земные блага, достигнув полного изобилия, объединенное человечество не имеет теперь более высокой цели, чем забота о счастье и духовной гармонии каждого. Служба Солнца - это союз добротворцев и сеятелей положительных эмоций, союз хранителей коллективной морали общества... Помни, Садовник: нет краше сада, чем сад души, и пусть всегда в нем будет солнечно... Все для духовного блага человека, все во имя его... В мире нет чужой боли!.. Свято чти третью заповедь, но бойся оказаться назойливым... Всякое истинно доброе желание достойно того, чтобы быть исполненным... Будь бережен. Звание Садовника человеческих душ навсегда отнимает у тебя право на ошибку... Помни, наконец, главную заповедь: счастье должно стать неизбежностью.
- Здорово! - Егор пожал Илье руку. - Настоящий меморандум. Однако меня смущает последняя заповедь. Чересчур категорично. Счастье нельзя навязывать, Илья. Ты обрекаешь людей на неизбежное счастье. Мне видится здесь принуждение, а посему эта заповедь имеет крупный заряд дискуссионной энергии.